Виктор Франкенштейн: невероятная безвкусица

Попытка Дэниела Рэдклиффа и Джеймса МакЭвоя вдохнуть новую жизнь в нео-готическую интерпретацию романа Мэри Шелли оказались безуспешными.
В 1818 году, закончив свой знаменитый роман, Мэри Шелли придумала ему броский, но вполне уместный слоган – «Современный Прометей». Почти 200 лет спустя, реинкарнация её произведения не смогла зажечь огонь в сердцах даже самых неискушённых зрителей.
Зрителям и критикам могло показаться, что с наступлением зимы список откровенных провалов этого года можно закрывать, но тут на экраны вышел Виктор Франкенштейн. Этот ошеломляюще безвкусный поп-готический водевильчик построен вокруг неоднозначных отношений эрзац-безумного-учёного, которого играет МакЭвой и его горбатого слуги, исполняемого Рэдклиффом. Благодаря многочисленным намёкам и двузначным диалогам, фильм даже можно отнести к бромансам, учитывая неприкрытый гомосоциальный характер некоторых сцен.
Представьте себе Шерлока Холмса Гая Риччи, вычтите 100 процентов пафоса, добавьте 500 процентов криков и дождя и вы получите примерное представление об этом фильме.
В начале фильма Игорь появляется в роли клоуна, избиваемого другими клоунами – видимо в старой доброй Англии 19 века подобные зрелища были излюбленным семейным развлечением. Он переносит это всё лишь из любви к акробатке Лорелее, которая, как будто фильм и так был недостаточно мрачным, срывается с каната и ломает себе шею.

В этот момент почти из ниоткуда возникает доктор – Виктор Франкенштейн, но именно Игорь, по случайному совпадению оказавшийся талантливым врачом, спасает жизнь юной прелестницы.

Невероятно впечатлённый, Виктор уговаривает Игоря сбежать и стать его помощником. Оказавшись дома, новый друг Игоря исцеляет его горбатость, опорожнив кисту. Хотя, учитывая свои интуитивные медицинские способности, Игорь мог бы и сам догадаться это сделать.

После того как их дружба укрепилась, Виктор посвящает Игоря в свои планы, включая, конечно же, оживление трупа животного с помощью электричества и какого-то странного вида приспособления, именуемого Вилкой Лазаря.

Виктор Франкенштейн: невероятная безвкусица

После оживления первого существа начинается длинная череда скучных сцен на улицах старого Лондона, являющихся чем-то вроде скучной экскурсии по Викторианской эпохе.

Совершенно, кстати, непонятно зачем Рэдклифф ввязался в сьёмки этого провального фильма, хотя со времён Гарри Поттера это не самая большая его неудача. Что же касается МакЭвоя – можно только гадать какие цели он преследует, но толку с участия в съёмках Виктора Франкенштейна как от аспирина, когда у Вас из глаза торчит вилка.

Кроме этой сладкой парочки на экране часто появляется инспектор Скотленд Ярда Тёрпин (играет Эндрю Скотт), который также не занят почти ничем, кроме топтания лондонских луж и разговоров, проливающих свет на его непримечательную биографию.

Кроме Эндрю Скотта, в этом фильме засветились ещё с пяток актёров, известных зрителю по телефильму Шерлок. Кроме костюмов они, кстати, ничем не изменились и исполняют роль всё той же невзрачной и неубедительной массовки.

Концовка фильма, которую мы не станем раскрывать во благо ценителей этого сюжета также не сможет поменять мнение большинства зрителей фильма, ведь в ней нет ничего свежего и нового.

Хотите получать новости прямо на свой E-Mail? Подпишитесь на рассылку, прямо сейчас!